Павлюченко Е. В театре Комедии Сплошные неприятности // Невское время. 2007. 27 дек.
Спектакль, который Татьяна Казакова поставила на сцене театра комедии им.Акимова очень сложно отнести к какому–бы то ни было жанру. Это чуть-чуть драматический спектакль, чуть-чуть мюзикл, чуть-чуть оперетта… В нем много танцев, песен, написанных, как и музыка, специально для этой постановки петербургским бардом Александром Дольским. В нем находится место джазу, ярким краскам и даже зонгам не наподобие брехтовских…
Драматические актеры театра Комедии предстали в доселе не опробованном амплуа – многие из них… запели. Безусловно, соседний театр – музыкальной комедии – прослезился бы в умилении над этим исполнением… Но, тем не менее, это неожиданный режиссерский ход, что уже неплохо. Хотя и спорно.
Двигателем конфликта в этой поставное является не банальная любовная история (об этом в пьесе американцев Мака Химена и Айры Левина «Трудно быть сержантом» нет ни слова). История развивается благодаря завязавшимся дружеским отношениям двух мальчишек, волею судеб оказавшихся на военной службе в авиаподразделении. И тем приключениям, которые выпадают на долю этих двух очень разных людей – правдолюбца и «деревенщины» Уилла Стокдейла (актер Александр Матвеев) и «маменькиного сынка», домашнего очкарика Бена Уитледжа (актер Александр Корнеев). Их путь состоит из сплошных неприятностей, комических, курьезных и нелепых ситуаций. На фоне которых они познают, что такое настоящая дружба и преданность. Кроме того, столкнувшись с политическо-бюрократической ситуацией, они вдруг осознают, сколь несовершенна машина власти даже в такой, казалось бы, свободной и независимой стране как Америка. Особенного колорита постановке придает еще и сценография Александра Орлова. Изобретательный художник, он затянул сцену масксеткой, что сразу погружает зрителей в атмосферу либо полигона, либо казармы.. .одним словом, военную. Как только начинается действие, сетка падает, обнаруживая за собой высокие, огромные двухъярусные армейские койки. В течение спектакля они с легкой руки Орлова свободно трансформируются в площадки кабаре, наблюдательные пункты или трибуны для американских военно-политических деятелей.
Второе действие, которое начинается историей о крушении учебного самолета, находчиво обозначается гигантскими самолетными турбинами, подвешенными над сценой, ровно меду колосниками и игровой площадкой. Гаснет красный огонек, перестает крутиться винт и зритель понимает, что самолет терпит бедствие. В этой аварии якобы гибнут главные герои. Они, конечно, не погибнут – жанр не тот. Однако, история эта становится поводом для Казаковой начать новую игру. Из набора гэгов и разудалых армейских «приколов» вроде назначения рядового «старшим по туалетам», история оборачивает совсем не забавной повестью о любимой российской аксиоме – «без бумажки ты букашка». Двое мальчишек, признанные погибшими, стараются доказать свое право на жизнь.
Однако при всей таргифарсовости сюжета, при учете прекрасной, остроумной игры харизматичного Матвеева и тонко чувствующего Корнеева, второе действие оборачивается для режиссера теми самыми сплошными неприятностями. Оно буксует, прокручивается, повторяется до бесконечности и утомляет настолько, что когда вдруг звучит финальная песня, просто не верится, что это – тот самый долгожданный конец.
Катерина Павлюченко
